Rambler's Top100

Штурманская книжка.RU

Перейти на домашнюю страницу Написать письмо автору Перейти на Narod.ru
Новости | Архив новостей
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>> | <<Раздел 3>> | <<Раздел 4>>
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>> | <<Раздел 3>>
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>>
Штурманская служба Тихоокеанского флота

Библиотека штурмана

СЛАВНЫЕ НАВИГАТОРЫ РОССИЙСКИЕ (ГЛУШАНКОВ И.В.)

 

Содержание:

- К ОСТРОВАМ ЗА „ПЕРЕПЕВАМИ"

- ПТЕНЦЫ ГНЕЗДА ПЕТРОВА

- ЗАГАДОЧНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

- МЕЖДУ АЗИЕЙ И АМЕРИКОЙ

- ДЕЛО, ПРЕЖДЕ НЕ БЫВАЛОЕ

- ГИБЕЛЬ КОМАНДОРА

-У "ЧАЕМОЙ ЗЕМЛИ АМЕРИКАНСКОЙ"

 

ГИБЕЛЬ КОМАНДОРА

Жизнь Беринга в Охотске протекала в непрерывных хлопотах. Наряду с руководством экспедицией он должен был, согласно указу Адмиралтейств-коллегий, следить за строительством порта. Еще находясь в Якутске, 31 декабря 1734 г., Беринг докладывал в Петербург, что дела в порту продвигаются очень медленно по вине командира его Г. Г. Скорнякова-Писарева.

Заложили Охотск еще в 1647 г. казаки Семена Шелковникова, и с тех пор несколько раз он менял свое местоположение. В 1665 г. острог перенесли на семь верст Выше от устья Охоты, а в 1688 г. казаки вернулись к своим рыбалкам. Новый острог имел «кругом 35 сажен печатных»; над его пятисаженными стенами возвышались две башни. Ко времени появления Беринга в Охотске в 1727 г. все эти строения обветшали. Большим бедствием для охотчан являлись наводнения. 22 августа 1731 г. смыло ясачную избу, дом Беринга, построенный в 1727 г., и другие здания. Однако в Тобольске и Петербурге понимали, что Охотск, имевший сообщение сушей с Якутском и морем - с Камчаткой, призван сыграть большую роль в освоении Северо-Востока. 1 10 мая 1731 г. указом Сената известный сподвижник Петра I Г. Г. Скорняков-Писарев, отбывавший ссылку в Якутии, был определен в Приохотье с тем, чтобы «иметь... над оным местом полную команду», северные земли «людьми умножить и хлеб завесть», для чего предполагалось переселить из Илимского уезда русских крестьян и тунгусов, "обселив" их у Охотска «и на пути в урочище, называемом Крест, между Юдомою и Ураком реками и на Уди», также и при Камчатских острогах. Бывший директор Морской академии и обер-прокурор Сената, кроме того, Одолжен был построить пристань с малой судовой верфью и несколько судов «для обыкновенного переезду на Кам­чатку и в другия места служилым людям и купцам», открыть школу «не для одной грамоты, но и для цифири и навигации». Сенат обещал направить в Охотск мастера или подмастерье, который бы умел «галиоты и корабельные боты делать, и к ним в помощь плотничнаго командира и человека четыре плотников лучших», трех штурманов и шесть матросов, «к которым придать из казацких детей молодых и обучать морскому ходу, дабы там своих штурманов и матросов завесть».

В начале 1732 г. Скорняков-Писарев выехал из Жиганского зимовья в Якутск и начал требовать от якутского воеводы Жадовского отправки в Охотск людей, провианта и разных материалов. Но тот отказывался выполнять его распоряжения. В марте 1733 г. опального вельможу вернули в Жиганск, однако в сентябре в Якутск поступил сенатский указ, по которому Скорнякову-Писареву вновь предписывалось быть в Охотске «и отправлять все по прежде посланным к нему указам». 21 ноября 1733 г. он перебрался в Якутск, а осенью 1735 г. - в Охотск. К тому времени строительство помещений для правителя, канцелярии и гарнизона там даже не начиналось, и Скорняков-Писарев решил заложить порт на новом месте. Однако выбрал он его неудачно, и из-за этого между ним и Шпанбергом вскоре начались ожесточенные распри. Все эти споры и взаимные обвинения кончились тем, что в сентябре 1736 г. Скорняков-Писарев уехал в Якутск, оставив вместо себя рядового из своей команды. В 1737 г. он вернулся в Охотск вместе с Берингом, но согласия не достиг и с ним, что, естественно, отнюдь не способствовало завершению строительства порта. Наконец, в 1739 г. по указу Сената на место Скорнякова-Писарева был определен Антон Девиер, бывший обер-полицмейстер столицы, также отбывавший ссылку в Сибири с 1728 г. Девиер энергично взялся за дело. В 1741 г. в экспедиционной слободе уже насчитывалось 33 избы, пять казарм, шесть магазинов и кузницы, а в самом городе - канцелярия, «государев двор», 40 жилых домов, казарма, три мастерские, пять лавок, пять амбаров, часовня и новая церковь.

В 1740 г. в Охотске открылась первая на Северо-Востоке народная школа. На следующий год в ней училось более двадцати детей. Стучали топоры в Охотске, рос порт. На стапелях виднелись остовы двух пакетботов, предназначенных для похода к берегам Северной Америки; на рейде стояли бригантина «Архангел Михаил» и дубель-шлюпка «Надежда». Неподалеку от них покачивались на легкой волне бот «Св. Гавриил» и шитик «Фортуна», построенные еще в годы Первой Камчатской экспедиции. Беринг знал, что в 1732 г. «Св. Гавриил» снова ходил на Северо-Восток. В июне 1738 г. бот в третий раз вышел в дальнее плавание. Под командой Шпанберга «Св.Гавриил», «Архангел Михаил» и «Надежда» проследовали вдоль Курильских островов, а на следующий год, выйдя из Большерецка, достигли берегов Японии. Беринга радовало, что одна из главных задач экспедиции решена, а лейтенанты Малыгин и Скуратов обогнули полуостров Ямал и вошли в устье Оби. В июне 1738 г. в Охотск пришла радостная весть об успешном исходе плавания лейтенанта Овцына. Но отряды Харитона и Дмитрия Лаптевых с трудом пробивались сквозь льды Арктики, и это тревожило начальника экспедиции. Занимаясь подготовкой своего отряда к выходу в Тихий океан,

Беринг в сентябре 1739 г. поручил штурману Ивану Фомичу Елагину описать побережье Камчатки между Бол-шерецком и Авачинской губой. Штурман прошел сушей от устья Большой реки до мыса Лопатка, а весной 1740 г., обследовав обширную Авачинскую губу, где имелись три бухты, он остановил свой выбор на наиболее удобной из них для стоянки кораблей, произвел ее опись и составил карту. Плотники, прибывшие из Большерецкого острога, приступили к делу, и летом 1740г. на берегу гавани поднялись стены пяти жилых домов, трех казарм и трех амбаров. В июне того же года в Охотске были спущены на воду трехмачтовые пакетботы «Св. Петр» и «Св. Павел». И тут в морскую слободу явился нежданный гость, да еще под конвоем, - Дмитрий Овцын, разжалованный в матросы за «некоторую вину». Беринг радушно встретил бывшего лейтенанта.

8 сентября 1740 г. пакетботы, сопровождаемые двумя небольшими судами с провиантом, вышли из Охотска и направились в Большерецк. Беринг командовал «Св. Петром», Чириков - «Св. Павлом». В конце сентября - начале октября, совершив труднейший переход вокруг Камчатки, корабли порознь вошли в Авачинскую губу, где решено было зимовать. Суда с провиантом остались в Большерецке. Так на Тихоокеанском побережье России появилось новое русское поселение, названное Петропавловском в честь пакетботов Беринга и Чирикова.

Весной 1741 г. моряки стали готовиться к плаванию. 4 мая на «консилиуме» с участием профессора Л. Де-Лакройера, созванном капитан-командором, было решено идти «для сыскания земли Иан де Гама, которая показана по карте помянутаго профессора, что оная простираетца к северу до 47° с. ш.», и, следуя вдоль этой мифической земли, «нтить к северу», «и ежели благовременно дойдем до 65°, то иттить на вест и увидеть Чюкоцкую землю» и «оттуда возвратитца в здешнюю гавань». Это решение оказалось роковым для многих участников экспедиции. На рассвете 29 мая 1741 г. «Св. Петр» и «Св. Павел» были отбуксированы в Авачинскую губу. На пакетботе «Св. Петр» находились 77 человек, в том числе капитан-командор В. и. Беринг, адъюнкт Г. В. Стеллер, лейтенант С. Ваксель с двенадцатилетним сыном, флота мастер С. Ф. Хитрово, штурман А. Эйзельберг, подштурман X. Юшин, «за живописца капрал» Ф. X. Плениснер и Д. Л. Овцын. Экипаж «Св. Павел» насчитывал 75 человек. Вместе с А. И. Чириковым шли лейтенанты И. Л. Чихачев, М. Г. Плаутин, флота мастер А. М. Дементьев и штурман И. Ф. Елагин, а также профессор Л. Делакройер.

4 июня в солнечный день при слабом ветре моряки простились с гаванью. Через неделю достигли 46° с. ш., затем спустились еще к югу, но никакой суши не нашли. «И потому открылось, что земли Иан де Гама нет, - докладывал позднее А. И. Чириков Адмиралтейств-коллегий, понеже мы место, где надлежало ей быть, перешли все через». Беринг и Чириков повернули на северо-восток и 20 июня в тумане потеряли между собой связь. Больше друг друга они никогда не видели. С этого дня «Св. Петр» шел один навстречу неизвестности.

В середине июля крики птиц известили моряков о приближении к суше. Около полудня 17 июля впереди по курсу показались высокие горы, покрытые снеговыми шапками. Вся команда выбежала на палубу и с нетерпением вглядывалась в очертания близкой земли. Не было сомнения в том, что это берег Америки. 20 июля, в понедельник (как раз был Ильин день), «Св. Петр» подошел к острову, названному Берингом Ильиным Носом (ныне остров Каяк). Флота мастеру Сафрону Хитрово с командой из 11 человек было поручено найти удобное место для стоянки судна. Позднее за ним последовал натуралист Стеллер. С волнением ступил путешественник на берег острова Св. Ильи, сразу позабыв о насмешках Беринга, обещавшего, как только он выйдет из шлюпки, приказать трубачам «в трубы трубить». В лесу Стеллер нашел сосуд и деревянный снаряд для добывания огня, подобные ительменским изделиям. Это открытие навело его на мысль, что островитяне, возможно, одного происхождения с аборигенами Камчатки. Спутнику натуралиста Фоме Лепехину повезло не меньше: он обнаружил «земляную юрту», где хранились копченая рыба, солодковый корень и связки морских водорослей. Там же лежали стрелы, деревянное лукошко и лопата. Обрадованный Стеллер тут же переправил Лепехина на корабль с этими находками. Дым, поднимавшийся над лесом, побудил его вернуться к шлюпке. В землянке моряки оставили железные котлы, ткани, ножи и другие вещи.

Тем и закончилось пребывание Стеллера на острове. И все же он успел сделать очень много, описав 160 видов местной флоры и ухитрившись даже собрать семена некоторых из них (до 25 видов). Натуралист обратил внимание на лежбища котиков, на черно-бурых и красных лисиц, водившихся в лесу. Кроме сорок и ворон он за­метил не менее десяти неизвестных видов птиц, и в том числе названную впоследствии его именем хохлатую сойку. От внимания исследователя не ускользнуло, что климат здесь мягче, чем на Камчатке, благодаря чему и растительность богаче. Хитрово по возвращении на корабль рапортовал Берингу, что «нашел он на том острову юрту, состроенную из досок тесанных..., и привес с собою для показания деревянное лукошка, лопату, также и камень, на котором знатно, что обтирано бывало медь».

Утром 21 июля «Св. Петр» продолжал плавание, повернув на запад. Шли в тумане. 2 августа, когда выглянуло солнце, увидели остров и положили его на карту под названием Туманный. Впоследствии он получил имя Чирикова. 10 августа подлекарь подал рапорт «с рассуждением о цинготной болезни многих служителей». В тот же день «консилиум» решил «держать курш свой по паралля-ле 53°...». Беринг слег и Вакселю все чаще приходилось брать на себя управление судном. Число больных увеличивалось с каждым днем. Уже более двух месяцев люди питались солониной, кашей и сухарями. Положение еще больше ухудшилось, когда на судне осталось всего 25 бочек пресной воды.

30 августа, когда «Св. Петр» шел вблизи неизвестных островов, от цинги умер матрос Шумагин - первая жертва похода. Товарищи отдали ему последние почести, а архипелаг назвали Шумагинским. Здесь же запаслись водой. Ночью на одном из островов был замечен огонь. Ваксель разрешил Хитрово высадиться на берег, «и ежели есть там какие люди, то велено ему было с ними поступать ласкою, чего ради послано с ним несколько из подарочных вещей». Взяв с собой шесть человек, Хитрово отправился в путь. Однако островитяне скрылись, и моряки нашли лишь затухающий костер.

4 сентября объявились «американцы». Подплыв на двух байдарках к судну, они что-то кричали и оживленно жестикулировали, показывая в сторону берега. Приняв по­дарки, отдарили моряков двумя гладкими «тонкими палками», к которым были привязаны соколиные нога и крыло. Стеллер сообщает, что это были рослые и широкоплечие люди со смуглыми лицами. Он обратил внимание на их приплюснутые носы и толстые губы. Одетые в рубахи из китовых кишок, в брюках и сапогах из тюленьей кожи, островитяне не боялись дождя и ветра. В тот же день Ваксель и Стеллер вместе с восьмью матросами и коряком-переводчиком отправились на лангботе к острову. Но из-за непогоды на берег высадились только двое матросов и переводчик. Когда пришло время возвращаться, «американцы» задержали коряка. Чтобы его освободить, Ваксель приказал выпалить «на ветр» из ружей. «А когда выпалено было, тогда оне упали на землю». Переводчик воспользовался этим и вскоре был на лангботе. Казалось, доверие островитян к пришельцам было поколеблено. Однако на другой день, «не имев никакова страху», они приплыли на семи байдарах и подарили морякам две берестяные шляпы с перьями, к одной из которых был привязан «костеной статуй наподобие вида че­ловеческого». Вернувшись на берег с ответными дарами, «американцы» долго что-то кричали и размахивали руками.

«Св. Петр» снова сменил курс, но встречные ветры затрудняли плавание, и пакетбот медленно продвигался на запад. В октябре команда уже выбилась из сил. Измученные цингой, штормами и снегопадами, люди с трудом несли вахту. «... И можно о той жестокости ветра безпристрастно донести государственной Адмиралтейств-коллегий, что таких сильных штормов, надеюсь, от старых мореплавателей мало видано было», - писал в своем рапорте лей­тенант Ваксель. Теряя товарищей, моряки делали все от них зависящее, чтобы вернуться на родину. Наконец утром 4 ноября вдали показалась земля. «Невозможно описать, какая радость охватила нас всех при виде земли. Даже умирающие выползали на палубу, чтобы увидеть землю своими глазами», — вспоминал позднее Стеллер. Многие надеялись, что перед ними - берег Камчатки. Больной капитан-командор тоже поднялся на палубу. Но когда в полдень по солнцу определили долготу и широту, оказалось, что корабль находится севернее и восточнее Авачинской губы.

5 ноября тяжело больной Беринг созвал совет, на который были приглашены все, кто мог еще передвигаться. Ваксель доложил собравшимся, что такелаж изорван штормами, запасов провизии и пресной воды хватит ненадолго, здоровых людей, способных нести вахту, почти нет. Участники «консилиума» согласились «сыскать якорное место для зимования». Бросив якорь на двенадцатисаженной глубине примерно в версте от острова, моряки не успели еще почувствовать себя в безопасности, как лопнул якорный канат, корабль перенесло через бурун и он закачался на совершенно спокойной воде, в полуверсте от берега. Люди были спасены.

К 22 ноября весь личный состав покинул пакетбот. С тяжелым чувством наблюдали моряки, как волны сорвали корабль с якоря и выбросили его на берег. Под-констапель Расилиуе, посланный на разведку, вскоре вернулся, не встретив даже признаков жилья. Надвигалась зима, и люди, собравшись с силами, обустраивали ямы для землянок, которые сверху покрывали парусиной. Цинга между тем выискивала все новые жертвы среди зимовщиков. 8 декабря скончался капитан-командор Витус Беринг. С поразительным мужеством переносил он лишения, никто никогда не слыхал от него жалоб; до последнего своего часа ободрял как мог мореплаватель товарищей, поддерживая в них волю к жизни. Это была тяжелая утрата.

26 декабря выяснилось, что моряки находятся на необитаемом острове. Однако от этого известия они не пали духом. Занявшись охотой, запасались мясом и жиром мор­ских зверей. Свежая пища пошла им на пользу. Люди приободрились и начали подумывать о возвращении в Петропавловск.

В апреле 1742 г. было решено приступить к разборке пакетбота. Однако среди экипажа не осталось ни одного плотника. Выручил моряков сибирский казак Савва Стародубцев, заявивший, что если ему будут указаны необходимые «пропорции», то он сможет приступить к работе. 6 мая состоялась закладка гукора, названного «Св. Петр». Это событие было должным образом отмечено. «Команда в полном составе незамедлительно собра. юь у меня, каждый со своей плошкой или кружкой, - рассказывает С. Ваксель. - Угощение состояло из распрсстраненного в Сибири напитка, названного там «сатуран», составными частями которого обычно являются хорошее масло, пшеничная мука мелкого размола и хороший чай... За отсутствием, однако, всех необходимых припасов при­шлось пустить в ход вместо масла китовый жир, взамен пшеничной - заплесневелую ржаную муку и вместо чая - отвар из брусничных листьев. Из этого я приго­товил полный большой судовой котел напитка, и каждый выпил свою порцию с превеликим аппетитом. Все развесе­лились и приободрились... Таким образом мы провели этот день до самой полуночи. На следующий день мы бодро принялись за работу».

10 августа корабль был торжественно спущен на воду, а 13 августа, увековечив, по предложению С. Вакселя и С. Хитрово, имя Беринга в названии острова, моряки вышли в плавание. Вначале погода им благоприятствовала, но на третий день поднялся ветер и в трюме открылась течь. Лишь ценой невероятных усилий удалось устранить ее. Утром 17 августа вахтенный сообщил, что впереди - земля. Все высыпали на палубу, жадно вглядываясь в гористый берег. На этот раз перед ними действительно была Камчатка. 26 августа «Св. Петр», подгоняемый тихим попутным ветром, бросил якорь в Авачинской губе.

Узнав, что Чириков отбыл летом в Охотск, Ваксель принял решение идти следом за ним, но из-за течи в днище гукора и непогоды вынужден был вернуться. В Петропавловске лейтенант приступил к составлению карты и рапорта в Адмиралтейств-коллегию. Эти и другие документы 15 ноября 1742 г. повезли «сухим путем с поспешением» через Анадырский острог в Петербург боцманмат Алексей Иванов и солдат Иван Окулов. В отчете об итогах плавания к берегам Нового Света Ваксель дал сдержанную оценку поискам злополучной «Земли де Гамы», но в своих записках не пощадил Ж. Н. Делили: «...Упомянутая карта была неверной и лживой... Было бы, однако, честнее сперва исследовать на самом деле такие неизвестные земли, прежде чем широко осведомлять плавающих об открытии берегов земли Иедзо или земли де Гамы; в противном случае многие честные и храбрые люди, по необходимости бороздящие моря, бессовестно и возмутительно обманываются... Кровь закипает во мне всякий раз, когда я вспоминаю о бессовестном обмане, в который мы были введены этой неверной кар­той... По вине этой карты почти половина нашей команды погибла напрасной смертью».

4 сентября 1743 г. отчет Вакселя был доставлен в Адмиралтейств-коллегию, а 25 сентября того же года Сенат издал указ о приостановлении деятельности Второй Камчатской экспедиции. Именно Ваксель принял дела у Чирикова, когда тот по состоянию здоровья выехал из Сибири летом 1745 г. В его ведении оказались экипажи, суда, склады и разное имущество экспедиции, находившееся в Томске, Енисейске, Якутске, Охотске и Петропавловске. Следовало выдать денежные пособия солдатам и матросам, а наиболее отличившихся повысить в звании. И лейтенант охотно подписывал многочисленные прошения, неизменно давая их авторам самые лестные характеристики. Пробыв на Дальнем Востоке и в Сибири шестнадцать лет, вернулся в Петербург лишь в конце января 1749 г.

По-разному сложились судьбы спутников Беринга. Уже известный нам Свен (Ксаверий, или Савелий Лаврентьевич) Ваксель, швед по национальности, в 1724 г. поступил на русскую службу волонтером, с 1726 по 1733 г. плавал на Балтике штурманом. Добившись зачисления во Вторую Камчатскую экспедицию, был произведен в лейтенанты и выехал в Сибирь с женой Ульяной Петровной и трехлетним сыном Лаврентием. Сетуя на невнимание к себе начальства, Ваксель еще в июне 1739 г. обращался с прошением на имя Анны Иоанновны, где указал, что служил штурманом с 1726 по 1733 г., затем стал лейтенантом, а «патенту на тот лейтенантский ранг и поныне не имею и денщиков мне не пожаловано, також и служу на одном трактаменте с тридцати лет без всякой прибавки..., а лейтенантам Харитону Лаптеву и Прончищеву, которые меня младше..., определено им полное лейтенантское, також и на денщиков жалованье». По возвращении в столицу Ваксель 20 ноября 1749 г. был произведен в капитаны II ранга со старшинством с 1744 г.. С этого времени он вновь служил на Балтике. В декабре 1755 г. ему присвоили звание капитана I ранга, назначив его в Ревельскую эскадру.

В 1760-1761 гг., командуя кораблем «Св. Дмитрий Ростовский», Ваксель участвовал в Кольбергской операции. Последние два года жизни Савелий Лаврентьевич (так, на русский лад, его называли в официальных доку­ментах) часто болел. Скончался он 12 февраля 1762 г.

Спустя два года на имя Екатерины II поступило про­шение: «Бьет челом флота лейтенант Лаврентий Савельев сын Ваксель. Отец мой, Свен Ваксель, вступил в 1724 году в службу российскую. В 1762 году умер, будучи представлен к награждению в контр-адмиралы из капитанов I ранга. Оставил жену свою в крайней бедности. Я находился при отце моем во всех его путешествиях. Был волонтером четыре кампании на Северо-Восточном океане, откуда возвратился в 1749 году... Прошу мою родительницу наградить». Просьбу Л. Вакселя поддержала Адмиралтейств-коллегия, и по указу от 3 февраля 1765 г. было ведено: «Умершего флота капитана Свена Вакселя... жене, вдове его Ульяне Петровой дочери, за отличные мужа ее службы производить по смерти вдовского жалованья, ...да сверх того, выдать ей и сыну флота лейтенанту Лаврентию Вакселю две тысячи рублев».

После С. Вакселя осталась рукопись воспоминаний, над которыми он работал в 1750-1758 гг. В основу их легли записи из судового журнала «Св. Петра», а также рапорты и донесения участников экспедиции. Мы не разделяем скептическое отношение некоторых историков к этому ценному источнику. Впервые изданная в 1940 г., «Вторая Камчатская экспедиция Витуса Беринга» С. Вакселя дает наглядное представление о подвиге В. И. Беринга и его соратников. Как мы знаем, С. Вакселя в странствованиях по Сибири сопровождал сын Лаврентий, в 1740 г. в одиннадцатилетнем возрасте зачисленный волонтером в экспедицию. Вместе с отцом он совершил переход из Охотска на Камчатку, плавал к берегам Северной Америки и зимовал на острове Беринга. Подросток нес морскую службу наравне со взрослыми, учился у отца судовождению, а в свободное время изучал навигацию.

По возвращении в Петербург отец написал прошение «о принятии сына ево Лаврентия Вакселя... в морской корабельный флот мичманом с награждением ево по тому офицерскому рангу жалованием. Вскоре последовало указание проэкзаменовать младшего Вакселя и затем решить вопрос о его определении во флот. Известный моряк и ученый Алексей Иванович Нагаев проверил знания юноши и подтвердил, что «освидетельствованный недоросль ответствовал понятно», навигацкие науки знает, морскую практику прошел за четыре летних вояжа, находясь в экспедиции в период с 1740 по 1743 г., достоин быть мичманом унтер-офицерского ранга, но должен выучить артиллерию и фортификацию 20 . 25 июля 1749 г. Адмиралтейств-коллегия распорядилась зачислить на флот волонтером. Здесь в 1751 г. С. Ф. Хитрово стал капитаном I ранга, а 28 июня 1753 г. - контр-адмиралом 30 . Умер он в 1756 г.

Читатель уже знает о судьбе Витуса Беринга все, но последние архивные разыскания дали нам возможность дополнить биографию мореплавателя новыми данными. Нам удалось выяснить, что в начале 1718 г. Беринг сочетался браком с девицей Анной-Шарлоттой Пюльсе в Выборге. Переехав весной того же года в Кронштадт, служил там до заключения мира со шведами. В 1721 г. его перевели в Петербург, где он поселился на Адмиралтейском острове. Здесь и родились первенцы Берингов, Томас и Ионис. Выехав во Вторую Камчатскую экспедицию вместе с супругой Анной Матвеевной (так именовали ее на русский лад), Беринг распорядился выдавать часть своего содержания детям, оставленным в Ревеле у брата жены. В Якутске, где капитан-командор находился с октября 1734 по июнь 1737 г., его семья пополнилась дочерью и сыном Антоном. Когда Беринг переехал в Охотск, Анна Матвеевна, прожив там два года, зимой 1739 г. вместе с детьми вернулась в Петербург. О гибели мужа она узнала лишь в августе 1743 г. Лейтенант С. Ф. Хитрово, доставивший вдове письмо от С. Л. Вакселя, где сообщалось о последних днях жизни Беринга, передал ей деньги за «пожитки» командира, вырученные на аукционе. Можно представить горе тридцатидевятилетней вдовы, на руках у которой осталось четверо детей.

13 апреля 1744 г. на имя императрицы Елизаветы Пет­ровны поступило прошение: «Бьет челом морского флота бывшего капитана-командора жена его, вдова, Анна Матвеева дочь». Далее там говорилось: «К пропитанию своему поместий и вотчин и других никаких доходов не имею... и вдовского годового денежного жалования ни силе морского устава не получаю, отчего в содержании себя с оставшимися детьми претерпеваю крайние нужды». Прошение переслали в Адмиралтейств-коллегию, затем в Комиссариатскую экспедицию (управление, ведавшее финансами), и пошла губерния писать: какое жалованье получал Беринг, сколько было у него денщиков, когда и надолго ли его лишали двойного жалованья, нет ли за ним долгов. Прошли годы, прежде чем в августе 1750 г. было решено выдавать вдове пособие «по смерть ее». Позднее, 12 февраля 1764 г., в Сенат, а затем в Адмиралтейств-коллегию обратился с прошением коллежский асессор Томас Беринг. Испрашивая вспомоществование, он указывал, что уже 21 год состоит на статской службе, а отец его, капитан-командор Беринг, имеет заслуги «в пользу Российского государства». О его открытиях известно в Академии наук, а «наибольше, - подчеркивал Томас Беринг, - из содержанного ево партикулярного журнала, которого я при себе имею». Это свидетельство очень важно. Оказывается, В. И. Беринг вел дневниковые записи - «партикулярный журнал», разыскать который историкам пока не удалось.

По рассмотрении прошения 12 марта 1765 г. вышел указ Сената «О награждении трех сыновей капитан-командора Беринга: асессора Томаса, Тверского карабинерного полку секунд-майора Иониса и Великолукского пехотного полка капитана Антона Берингов. За службу отца их выдать 5 тысяч рублей». Литература об экспедициях, которыми руководил В. И. Беринг, огромна. Однако и поныне многие аспекты его деятельности заслуживают тщательного изучения. Не случайно в 1976 г. группа курсантов Дальневосточного высшего инженерного морского училища имени Г. И. Невельского (ДВВИМУ) на яхтах «Россия» и «Родина» прошла по маршруту Первой Камчатской экспедиции из Охотска к берегам Камчатки, а на следующий год плавала через Берингов пролив в Чукотское море. Завершив исследования, они подтвердили 172 географических открытия русских мореходов первой трети XVIII века, в то время как в научных публикациях упоминалось лишь 23 из них. Минуло еще два года - и на острове Беринга высадилась экспедиция приморских краеведов и археологов. Первыми находками их стали трехрожковый штурманский циркуль и бронзовый наперсток. В раскопе были обнаружены также куски железа, меди, гвозди, осколки штофов, часть пистолета, самодельный топор, корабельные блоки, остатки одежды. В одной из землянок нашли кузнечный горн, обломки пороховой бочки, снаружи и изнутри обшитой кожей, серебряные монеты петровского времени.

Летом 1981 г. в бухте Командора работала экспедиция «Беринг-81», в которой приняли участие приморские ар­хеологи, курсанты ДВВИМУ и члены туристического отряда «Аргонавт». Они установили, что землянки представляли собой прямоугольные ямы глубиной до двух метров. Перекрытые сверху парусиной, которая крепилась на корабельных брусьях, эти жилища напоминали земляные юрты камчадалов. Внутрь их вел узкий тамбур, предохранявший жильцов от холода, готовили они на очаге. В одной из ям, где было очень мало вещей, двести сорок лет назад обвалились стены. Не исключено, что здесь провел свои последние дни Беринг. Порадовали знатоков старины и найденные ими остатки такелажа, одежды, бисер, иголки и другие подарки для аборигенов Северной Америки. Но главное, экспедиции удалось разыскать и поднять семь чугунных пушек, отлитых в 1733 г. на заводах Екатеринбурга и Каменска - ныне Свердловска и Каменска-Уральского. Кроме того, среди «трофеев» оказались ядра пушек, штык от кремневого ружья, свинцовые пули, наконечники копий и топоры, пуговицы, портупейные застежки, кожаные ремни.

В землянке, где жил морской гренадер, откопали анкерок, внутри которого хранились раковины, кораллы и две выструганные из кости и хорошо отполированные палочки-лабретки. Этот сосуд и находящиеся в нем предметы явно принадлежали натуралисту Георгу Стеллеру. Завершив .исследования, участники экспедиции «Беринг-81» воздвигли на берегу бухты мемориальную плиту, на которой вырезали имена погибших соратников Витуса Беринга.

 

У "ЧАЕМОЙ ЗЕМЛИ АМЕРИКАНСКОЙ"

 

О нас | Карта сайта | © 2005 - 2011 GodCom