Rambler's Top100

Штурманская книжка.RU

Перейти на домашнюю страницу Написать письмо автору Перейти на Narod.ru
Новости | Архив новостей
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>> | <<Раздел 3>> | <<Раздел 4>>
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>> | <<Раздел 3>>
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>>
Штурманская служба Тихоокеанского флота

НЕ ПОТОНЕМ !!! НЕ ПОМРЕМ !!! - 2018

НАЗАД В НАЧАЛО


Последние  шлюпочные гонки на флоте.

            Летом 1976 года состоялся выпуск и я был назначен на новую строящуюся подлодку «К-247» проекта 671ртм (Виктор-3 по НАТО-вской классификации) Тихоокеанского флота(!) командиром группы автоматики и телемеханики ГЭУ( 2-й группы 1-го дивизиона БЧ-5). Причём приказ ГК ВМФ о назначении на должность вышел на день раньше, чем приказ МО СССР о присвоении офицерского звания лейтенант-инженер (с молотками на погонах). О горе мне, горе! Прощай Северный флот и близкий к нему Ленинград (Москва, Минск), прощайте шлюпки. Здравствуй Дальний Восток и ТОФ с непонятной 2-й группой автоматики и телемеханики.  Чем я прогневил своих Богов славянских, кто и за какие грехи меня сюда послал? Я терялся в догадках. Грешил на командира роты, а также на рабоче-крестьянское происхождение и отсутствие «волосатой руки» покровителя. И только на старости лет узнал, как было дело. Принцип распределения был НАШ, понятный- чем хуже успеваемость, тем дальше пошлют. Поэтому, лучшие на СФ, худшие- на ТОФ или ещё куда- нибудь. Кто со связями- мог запросто остаться сразу в Ленинграде в «тёплом месте». Поэтому КСФ всегда был лучшим, а ТОФ- всегда вторым(последним). Но кто-то из продвинутых в Главном штабе ВМФ просёк эту тему- и к Главкому ВМФ СССР адмиралу флота СССР самому Сергею Георгиевичу Горшкову. Мол, отец родной, вон что твориться: коррупция, караул!

  - Ах так,- сказал «отец родной»,- в 76 году всех отличников на ТОФ, в Приморье в первую очередь. Я вам покажу Кузькину мать! Опять «перст судьбы»… Вот он Дальний Восток, вот они немеренные трудности, вот тебе романтика с приключениями. Всё было.

            Служба в Приморье начиналась легко. В течение 2-х недель в офицерской гостинице ВМБ г.Павловск собралось 23 лейтенанта- отличника(ну почти). Командовал этой вольницей нового формирования помощник командира старший лейтенант Соколов Олег Николаевич. Для 26-й дивизии атомных подводных  лодок это было впервые, поэтому командование наше офицерское подразделение сильно не грузило: утреннее построение всей дивизии перед штабом на подъём флага, строевые занятия и рассасывание по флагманским специалистам. После обеда пляж (август, сентябрь), после ужина футбол, пляж, душ и отбой. В футбол мы играли сначала между собой-  все против Севастопольцев, а потом со штабистами и лодочными экипажами и почти всегда выигрывали. Главное не светиться. Через месяц изредка стали появляться командиры боевых частей и дивизионов. Через 2 месяца появился командир ПЛ  (капитан 2 ранга Хомяков Юрий Иванович) и разлетелись мы в 510 учебный центр(УЦ) ВМФ г. Обнинск. Я успел залететь в Ленинград, повидать и зарегистрировать своего новорожденного сына.

            В указанный срок собрались в Москве на станции метро «Тушинская», переобмундировались в поношенную зелёную форму МВД(для маскировки), сохранив только чёрные флотские ботинки.

Началась учёба, сколачивание  и отработка экипажа. В Обнинском УЦ был хорошо поставлен учебный процесс и спорт. Два раза в неделю плавание в городском бассейне, вечером после ужина, и 2-3 раза спортзал в дневное время по 2 часа.

            Здесь мы встретили много своих однокурсников: часть из них была на НФ(«Гранит»-949 и 671ртм); часть попало на МПП(межпоходовую подготовку) в составе действующих экипажей 671 и 671рт проектов. В учёбе и спорте мы блистали. Командир ходил гордо и прямо. Взяли 1-е место по баскетболу, 3-е по волейболу и все 1-е места на День ВМФ. Хоть проходили мы службу под легендой МВД, но День ВМФ (последнее воскресенье июля) никто не отменял. Утром торжественное построение  со Знаменем части (флаг ВМФ), «Ур-ра!» и прохождение со строевой песней. Всё это внутри УЦ за бетонным забором (не очень весело). А затем спортивный праздник на поляне в спортивной и гражданской одежде с семьями и прочими болельщицами. Он зиждился на трёх китах.: Шлюпочные гонки, перетягивание каната и гиря. У нас в экипаже было два перворазрядника и один КМС по гребле. Шлюпки 4-х весельные- это геморрой. Они нераспространенны на флоте и на них никто не грёб (кроме постоянного состава УЦ). Экипаж- 5 человек: 4 гребца и рулевой, причём гребцы сидят по одному на банке (с перекосом). Рулевым взяли самого лёгкого, им оказался командир БЧ-4, старший лейтенант и ещё одного гребца из лейтенантов. Гонки проходили ранним утром  в предрассветном тумане без болельщиков(чтобы враг не догадался?) на прямом участке реки Протва за городом. Все условия были созданы для выигрыша многоопытного постоянного состава УЦ. Но мастерство либо есть, либо нет- его не пропьёшь. У нас оно было. На первом этапе (против течения)- приноровились, на втором (по течению)- рванули. Первое место наше! Постоянный состав УЦ взгрустнул. На перетягивании каната- тоже мы, а не здоровяки из УЦ. Мы были легче, но взяли ритмом и слаженностью: дёрнули их с места и не дали заякориться. В гиревом двоеборье (толчок, рывок) блистал лично я с поразительной врождённой крестьянской и приобретенной гребцовской выносливостью, безнадёжно обставив мичмана- тяжелевика из УЦ в рывке.

  На ПЛА шлюпок нет, это факт. Средствами коллективного спасения являются надувные резиновые плоты ПСНЛ-10 и ПСНЛ-20,соответственно на 10  и 20  человек. Хранятся, как правило в отсеках- убежищах и вытаскивание их наверх (особенно «двадцатку») проблематично, а вдруг надуется в выходном люке?!  Но это ещё не всё. Есть  (должна быть) на ПЛ надувная резиновая лодка ЛАС-5 на 5 человек: с дюралевыми складными вёслами, с парусом(!) из прорезиненной ткани и килем (тоже резиновым). Парусник комбинируется из 5 вёсел: из 3-х составляется мачта, которая вставляется в карман киля и крепится в вертикальном положении оттяжками (штаги, ванты). 4-е весло идёт на реёк, на него насаживается разрезной парус и 5-е- руль. Вот тебе и надувная шлюпка! Но всё это сложно, неудобно и ненадёжно, а главное, что о ней мало кто знает из экипажа, тем более умеют пользоваться. Я узнал о ней на 20-м году службы подводника, будучи прикомандированным командиром БЧ-5 в другом экипаже. «Ты же яхтсмен, посмотри, что это за хрень. Парус резиновый, что ли?», спросил командир. «Яхтсмен,- был мой ответ,- в ближайшее свободное воскресенье поедем на озеро Вилюй, там и разберёмся». Поехали, разобрались – на наддув (от пускового баллончика) и сборку гребного варианта (5 весел собрать) более получаса, на сборку парусного варианта и  в час не уложились. Надо тренироваться, но никаких гонок или хотя бы тренировок по сборке ЛАС- 5 НЕТ (а надо бы).

            И все-таки «перст судьбы» периодически срабатывал. Летом 1981 года мы стояли в Большом Камне в составе «заводской» 72 бригады (ОБСРПЛ) в ожидании глубоководного погружения, как головная ПЛ (только головная ПЛ погружается на предельную глубину). Для обеспечения этого погружения нужны были спасательные контейнера, пристыковывающиеся к носовому и кормовому аварийно- спасательному люку. Лодок Родина строила много, а вот этих контейнеров было всего 2(!) на весь ВМФ СССР. Мы целых 3 года ждали их прибытия после завершения государственных  испытаний и подъёма Флага ВМФ. За это время 23 лейтенанта дослужились до капитан-лейтенантов, всё знали и всё умели. Двое смогли слинять из экипажа - один из БЧ-5. На замену ему пришёл старлей с 1-го поколения и он был КМС по морскому многоборью, левый загребной! Итого: два КМС и два 1-разрыдника по гребле, 2-х недостающих можно подобрать из экипажа. День ВМФ будем встречать здесь в Большом Камне (переход на Камчатку назначен на осень). В 72 бригаде на День ВМФ проводились шлюпочные гонки. За призовые места традиционно бились плавмастерская (владелица шлюпок) и тыл бригады. Несколько шлюпок назначалось из подводников для статистики. Мы выступили с инициативой. Командир был не против «А выиграете?» – «Постараемся». Старпома назначили командиром шлюпки (для обеспечения суточного плана на тренировках), рулевым стал самый лёгкий (мичман- химик); два недостающих гребца – мичман и матрос срочной службы. Всё замечательно, но где взять шлюпку для тренировок? «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих.»: сказал правый загребной (я), засунул за поясной ремень фляжку «шила» (спирта) и зашагал на заводскую плавмастерскую ПМ-32, на шкафуте которой красовались две шлюпки ЯЛ-6. Командиром БЧ-5 на ПМ-32 был наш старшина роты на 1-м курсе, тоже ещё капитан-лейтенант, хотя ему давно было пора получить  кап-три. Должность такая. Встретились на юте сдержано-вежливо.

  - «Здоров!» - «Здравия желаю!».

  - «Да, брось. Давай на «ты». Зачем пришёл?»

  - «Дело есть».

  - «Догадываюсь. С бригады пытались надавить, но шлюпки я вам для тренировки не дам».

  - «Это старпом, будь он неладен, пытался включить командный ресурс…»

  - «Во-во…»

  - «Пришёл смыть недоразумение»,- и решительно брякнул фляжку из нержавейки на бильярдный стол.

  - «Сам-то пить будешь?»

  - «С удовольствием».

  - «Вестовые,- командир БЧ-5! Два прибора на ют, чайник с компотом, стаканами и поесть что-нибудь».

  Вскоре материализовался чайник с компотом и стаканами, потом тарелки со щами и макароны по-флотски.

  - «Чем богаты…»

  - «Обед у нас в базе на лодке тоже не гуще…»

  - «Ну, так наливай…»

  Отобедали, поговорили о том, о сём. О шлюпке ни слова.

  - «Ну, так я пошёл к себе на построение…»

  - «Погодь, можешь задержаться, опоздать?»

  - «Могу, думаю не разжалуют, но лучше схожу, потом вернусь…»

  - «Так вот, шлюпку я тебе дам, но при условии… В бильярд играешь?»

  - «Не очень. Обычно составляю компанию и выигрываю только у дилетантов…»

  - «Вот мне и составишь. Выиграешь одну партию из трёх- шлюпка твоя. Можешь сбегать к себе на построение, можешь «шила» ещё 0,5 прихватить, но через полчаса – здесь». 

  Перед началом 1-й партии, как в детстве перед заплывом на глубину: «сердце забилось чаще, в душе лёгкий холодок». Первую партию я уверенно выиграл!

  - «Шлюпка - твоя. А хорошо играешь. Давай по чуть-чуть и ещё две».- «Давай».

  Последние две я бездарно проиграл к большому недоумению соперника, но я был искренним, получилось как надо – я переплыл.

  На этой последней гонке мы были вторыми… Подвела организация. С утра на День ВМФ был дождь, туман. К полудню выглянуло солнце. В бухту Кувшин пришли ВСЕ, кроме наших моряков срочной службы и их обеспечивающего штурмана! А это 2 гребца: один матрос – баковый и сам штурман – средний (перворазрядник).

  Первыми к месту праздника ещё под лёгким дождём за час до начала пришёл я с баковым (КМС). Со мной был тесть: отставной майор – ракетчик, прилетевший в гости из Черноголовки. Потом подошёл старпом-рулевой с отцом. Отец – капитан 1 ранга в отставке, тоже прилетел в гости из Владивостока. Подъехал из Тихоокеанска второй загребной(КМС) с женой. Подошли два мичмана: командир шлюпки (самый лёгкий) и средний. Пригребли две шлюпки с ПМ, подъехала полевая кухня. Поляна заполнилась народом. Появился даже военный патруль. Наших нет и связи с лодкой нет! День ВМФ должен начинаться со шлюпочных гонок, потом перетягивание каната, потом гиря, концерт самодеятельности и в заключение флотская уха с полевой кухни со всеми вытекающими последствиями.

  - «Ну, где наши моряки со штурманом? Что там они думают!»- занервничал старпом.

  Лодка стояла почти рядом, по прямой около километра, но закрывалась мысом Северный мол. А это режимная зона ЗСО «Восток» с ограждением, зданием -цехом, ВОХР и… телефоном!

  - «Так, мичман, бегом на Северный мол, позвонишь на «Готику», попроси наш объект и поторопи команду. Бегом сюда. Я потом с обеспечивающим разберусь!»

  Решение старпома было слишком запоздалым и сложным для самого лёгкого мичмана – командира шлюпки. Но, к его чести, он успел обернуться за 40 минут и доложил, что команда закончила обед и вышла. Экипаж был готов к переходу на Камчатку и команда матросов и некоторые холостяки жили на лодке. По  кратчайшим тропам быстрым шагом до Кувшина можно  добраться за полчаса. Гонки уже начались. Мы с плавмастерской, как фавориты были в последнем заплыве.

  - «Успеют?- причитал старпом,- ну и организация!»

  - «Валентин,- резонно отозвался отец старпома, - на флоте за организацию всегда отвечал старпом».

  -«Команде экипажа Хомякова и ПМ-32 приготовиться к старту!»,- объявил главный судья по громкоговорителю.

  - Ну вот, всё пропало!!! Тренировались, тренировались и всё пошло прахом…

  -«Стойте, не будем впадать в отчаяние, надо хотя бы принять участие, нужно 8 человек,- взял управление на себя отец старпома,- предложения, соображения?»

  - «Есть соображения, ответил правый загребной, - Вы – рулевой, раз, Пётр Владимирович (тесть)- командир шлюпки, два; Валентин Вениаминович (старпом) – средний правый, три; мичман- бывший командир шлюпки – средний левый, четыре. Остальные четверо – штатные гребцы. Задача новичкам: «Товарищ капитан 1 ранга, как рулевой – справитесь, главное разворот  вокруг буя и держать прямую» –«Так точно!». «Командиру шлюпки оденем кремовую рубашку и военно – морскую офицерскую фуражку. Задача – приложить руку к головному убору на финише».-«Ясно!» «Новым гребцам – держать ритм гребли и не топить вёсла, если нет сил – гребите по воздуху, но вместе со всеми. Всё . Раздеваемся, разуваемся и к шлюпке».

  До буя (половина мили) со шлюпкой ПМ – 32 шли ноздря в ноздрю. Разворот отставной кап- раз Вениамин Веденеев выполнил блестяще и мы начали отрываться… Метров за сто до финиша старпом  утопил весло и затабанил, матерясь начал его вытаскивать.

  - «Правый средний, Валентин, не греби, убери весло, возьми на валёк», - вмешался рулевой- отец. Решение было правильным, но шлюпка ПМ – 32 смогла нас обойти на полкорпуса. Публика была в восторге за столь зрелищную и драматическую гонку. Подошли наши матросы со штурманом… Мы выиграли перетягивание каната, я гирю, но последняя шлюпочная гонка была проиграна. А вскоре морские шлюпки и гонки уйдут в прошлое. Между прочим, матрос – гребец, сломавший весло при гребле, поощрялся отпуском 10 суток.

Сосновоборская «Одиссея»

            Осенью 1981 года совершили переход на Камчатку из залива Петра Великого в бухту Крашенинникова. Это примерно 2500км. Шли примерно 7 суток. Дело в том, что всякому атомоходу на переход назначается скрытный малошумный режим со скоростью не более 10 узлов (18 км/час.), Ну там ещё всплытие на сеансы связи, проверка отсутствия слежения и прочие манёвры. Спустя 37 лет я пройду примерно тем же маршрутом на парусной яхте «Триумф» (японской постройки) за ходовое время всего в два раза больше. А пока о вёслах и парусах до 1984 года остались одни воспоминания. «Турбине вперёд 30, 70 – 270». Это не обороты турбины, а линии вала нашего  атомохода. Скорость в узлах будет в 10 раз меньше. 2/3 года проживалась на подводном Левиафане и большинство из них в море. Но вот настало время карьерного роста. Подходило очередное воинское звание капитан 3 ранга – инженер. Но для этого надо было пойти на повышение и занять должность командира дивизиона электромеханической боевой части (БЧ-5). Дивизионов целых три: 1-й- движения (я в нем служил командиром группы автоматики), 2-й- электротехнический и 3-й- живучести (общекорабельных систем). Ещё надо было обязательно стать коммунистом (я им был с 5-го курса). Здесь было два варианта: стать комдивом на действующей ПЛ в своём или другом экипаже или пойти на строящуюся ПЛ нового формирования(НФ). И тут снова вмешался «перст судьбы». По непроверенным, но достоверным данным набирался 2-й экипаж ПЛА 3-го поколения «БАРС». Это «малый круг»: с учебным центром(УЦ), но без завода. И что самое главное (для меня), в УЦ г. Сосновый Бор на Балтике под Ленинградом есть шлюпочная база! (Моё-ё). Захотелось с годик отдохнуть от ядерного исполина, вспомнить шлюпочную юность- молодость.

  - «Так, товарищ капитан- лейтенант, вы сдали зачёты на вышестоящую должность?» - строго спросила Родина в лице начальника электромеханической службы(НЭМС) 45-й дивизии атомных ПЛ, окружённого свитой флагманских специалистов.

  - «Так точно, товарищ капитан 1 ранга».

  - «На кого?»

  - «На комдива раз допущен в 1981 году, также допущен и нёс вахту КГДУ(командир группы дистанционного управления) и выполнял обязанности командира турбинной группы  и командира реакторного отсека».

  -«Очень хорошо, но эта должность уже занята 8-й дивизией. Ещё на кого сдавали?»

  - «Так точно. На последней боевой службе сдал на комдива- три».

  - «Хорошо, но эта должность тоже занята».- «Вот те раз – всё накрылось медным тазом», печально подумал я. Но не тут то было.

  - «Владас Йозэ, он сдавал зачёты на комдива- два, где его зачётный лист»?

  - «Так точно, лист у меня в сейфе»,- не моргнув голубым глазом ответил нордически выдержанный литовец, флагманский электрик. Его невозмутимость ввергла меня в ступор.

  - «Согласны, товарищ капитан-лейтенант?»- Сердце забилось чаще, в душе лёгкий холодок. «Бог ты мой, электриком мечтал стать только при поступлении в училище, но не вышло. Что делать!? Ведь не готовился, не сдавал.. А было – не было!», пронеслось у меня в голове.

  - «Так точно, согласен».

  -«Ну, что ж, товарищ капитан-лейтенант, поздравляю с назначением на вышестоящую должность комдива- два лодки 3-го поколения. Надеюсь вы оправдаете оказанное вам доверие. Вон мой заместитель, тоже сначала был КИП-овцем, потом  командиром электротехнического дивизиона»,- слегка обнадёжил НЭМС. Они закрыли кадровую брешь, а я полетел в неизвестность УЦ Сосновый Бор к своей мечте главным электриком атомохода 3-го поколения. Градообразующим предприятием города Сосновый Бор была Ленинградская АЭС имени Ленина. Помимо ЛАЭС в нём было ещё несколько «ящиков – НИИ» полувоенного профиля. УЦ шифровался под «вычислительные классы ВМФ» и мы остались в военно- морской форме. Сосновый Бор – это город-сказка (Андерсонград), город – солнце (мечта утопистов), город будущего. В нём было ВСЁ.., кроме шлюпочной базы. Ну и ладно, нет так нет. А тут ещё навалился «люмбалгический синдром крестово- поясничной области (радикулит в квадрате). Военврачи чуть не комиссовали, сказали, что не излечим. Но я его одолел и уже в марте начал моржевать и заниматься гирей.

  Весной ко мне подошли 3 лейтенанта из «люксов» (связист, штурман и минёр) и предложили войти в экипаж парусной яхты «Одиссей».

  - «Вы же шлюпочник, в дальний поход ходили и под парусом шли…»

  -«Было дело».

  - «Ну, это почти тоже самое, только без вёсел и с классическим чугунным килем. Яхта класса «Фалькбот» скандинавского типа по парусному вооружению – шлюп: одна мачта и два паруса – грот и стаксель вместо кливера».

  - «На фалькботах скандинавского типа не служил, не знаю, в глаза не видывал»,

  - «Правда, он ещё не готов, его надо доделать. Люк в каюту уже врезали, надо ещё кокпит  сделать с самоотливными шпигатами и зашить подволок каюты. Вы же инженер – капитан 3 ранга».

  - «А где это?»

  - «На канале первой очереди ЛАЭС. 20 минут на автобусе, автобусы тоже через 20 минут ходят. Остановка на Солнечной, напротив УЦ».

 - «А надолго эта модернизация? Успеем к концу учёбы?»

  - «К концу мая должны успеть, если вы поможете. А там всё лето и пол-осени наши».

  -«Когда поедем в яхт-клуб?»

  -«Сегодня после ужина. ПОЕХАЛИ!»

            Яхт-клуб ЛАЭС оказался замечательным местом досуга, отдыха и воспитания. Я сразу ввёл в состав экипажа сына – первоклассника на должность трюмного (осушать трюм помпой перед выходом). В клубе стояло 7-8 крейсерских яхт. Все одномачтовые шлюпы: килевые деревянные Ленинградской судоверфи и  пластиковые швертботы польской постройки. Наши надёжнее, польские – комфортнее. В клубе было ВСЁ: учебные классы, парусная мастерская с оборудованием, гаражи и контейнеры для  яхт и их имущества, великолепная баня с парной, бассейном, комнатой отдыха, а рядом холоднющий канал охлаждения ЛАЭС.

  Мы «Одиссей» домодернизировали. Начал ремонт северный экипаж с «Барракуды» в прошлом году – заделал огромную пробоину в борту. Владельцем всего парусного хозяйства УЦ являлся капитан 2 ранга Пупышев Анатолий Матвеевич с цикла тренажеров. Ему было за 40. Семья, автомобиль, 2-х этажный  гараж с камином оттягивали его от яхтинга. Он отдал нам все ключи, представил яхт-клубу и выходил в море только на открытие и закрытие сезона. Наш «Одиссей» выходил в море почти ежедневно, У нас была самая высокая наплаванность. На нём перебывал почти весь экипаж атомохода с семьями. Мы демонстрировали морскую мощь державы и правильный образ жизни. ЛАЭС-овцы выходили в море редко по двум причинам: им комфортно было копаться в яхт-клубе среди достатка и изобилия, и вторая – часто не разрешали выход пограничники из-за их же недисциплинированности. Я не поленился съездить  на заставу погранотряда имени Андропова по форме и разрулил ситуацию. Командиром отряда был молодой майор примерно моего возраста. Я не просил за весь яхт-клуб, только за «Одиссей» и он нас уважил. Предложил ему фляжку коньяка, но он испугался и отказался (назревал сухой закон).

  «Одиссей» стал для меня вторым домом. Я его знал и чувствовал, как некогда шлюпку. Для выхода в море и управления фалькботом нужно два человека. Один – руль, гикошкоты грота, и второй – шкоты стакселя и оттолкнуть-притянуть при отходе-подходе. Лейтенанты(будущие командиры) минёр и штурман будучи рулевыми часто ошибались и делали навигационные происшествия и даже аварии(штурман въехал под страховочный трос и сломал мачту). Я со связистом(непрофессионалы) не допустили ни одного промаха. Когда из экипажа никого не было и дул хороший ветер, я брал человека с улицы.

  - Хочешь на яхте походить?»-«Хочу, но не умею».-«Поехали!»

  - «А что надо делать?» -«Поехали, объясню».

            Балтика капризная штука – среди ясной погоды «вдруг» мог налететь шквал, дождь. Но «вдруг» ничего не бывает – смотри в оба, не расслабляйся, не зевай. Вода возле ЛАЭС, как в Красном море – больше 30 градусов! Поэтому с удовольствием отрабатывался не простой маневр для парусника «Человек за бортом!». Моя чудесная «Одиссея растянулась на два парусных сезона: 1984, 1985 года.

Финны: «Беда», «Победа», «Перун».

            На самом деле это одна и та же яхта, только с разными названиями (как вы яхту назовёте, так она и поплывёт).  «Финн» - это финский швербот-одиночка, кэт по парусному вооружению: одна мачта, один парус(грот) и никакого стоячего такелажа(ванты, штаги). Ликтрос передней шкаторины треугольного паруса вставляется в ликпаз мачты, а ликтрос нижней в ликпаз гика. Мачта вращается вместе с гиком(при смене галсов). Олимпийский класс с 1952 года. Советские яхтсмены-одиночки наиболее в нём преуспели. Это всё что я знал о «финне» краем уха, но в глаза его до 1985 года не видел. Первый раз о нём услышал в яхт-клубе Соснового Бора от лейтенантов. Они умудрялись на нём помещаться и выходить в море втроём и после возвращения всегда возбуждённо обсуждали свой выход. Только потом, после своего «финского» опыта я понял их адреналин.

            На следующий год после нашей славной «Одиссеи» мне опять повезло (перст судьбы?). БЧ-5 отправили в УЦ Соснового Бора для освоения и обкатки тренажёра 3-го поколения «Диана- Барс». Мои напарники уже старшие лейтенанты, туда не попали. Но мне опять повезло. На МПП был северный экипаж с «Барракуды» и комдив-два (капитан 3 ранга .Бельчиков) был яхтсменом и основателем «Одиссея». Мы познакомились, сошлись, сработались, но на День ВМФ к месту пикника на пляже решили идти на «Финне». Это было единственно верное решение. Мне «Финн» понравился :лёгкость , простота и скорость. Возвращаясь обратно в яхт-клуб мы шли вместе с крейсерскими яхтами ЛАЭС, а также с советскими винд-серфингистами: не отставали, но и не отрывались, хотя скорость завышается из-за низкой посадки. Ещё сезон я провёл на «Одиссее»- сказка!

Потом возвращение на Камчатку и служба, служба, служба. Конечно, тёплый летний ветер будоражил парусное прошлое. Поэтому к концу 80-х я стал винд-серфингистом и даже приобрел отечественный «Мустанг – 3» за 1000 рублей. Я уже стал командиром БЧ-5 и мог себе позволить почти всю зарплату потратить на себя. Яхты всё же вспоминались и терзали душу. И вот опять вмешался «Перст судьбы». В 1994 году «флагманский мускул» (наш бывший акустик) предложил мне «Финн» за 400 долларов (1 млн. руб.). Я ещё мог себе это позволить. Оказывается, Советская Родина собиралась в гарнизоне Рыбачем создать яхт-клуб (!) и успела привезти 2 «Финна. Скорее это делалось для наших несокрушимых олимпийских чемпионов в классе «Финн» из ЦСКА, которые проходили службу в самом денежном месте Союза на Камчатке. Но Союз распался, а «Финны» остались. Для яхты нужен был гараж на берегу. У нас, сёрфингистов, он стоял в бухте Ягодная на мысу. Гараж принадлежал «Дому творчества» и я туда въехал с Финном» для обеспечения безопасности тренировок детей - сёрфингистов. Директриса всё поняла и только ойкнула: «Ой, а как же раньше?..» Освоился с «финном» легко. Даже в одиночку с помощью приспособлений вытаскивал и затаскивал его в гараж. Всё-таки инженер и КМС по гиревому спорту. В 1996 году я перешёл служить в 8 УЦ ВМФ Рыбачего(!), получил капитана 1 ранга и на основании своего «Финна» создал подростковый клуб «Гардемарин». Яхту назвали «,,,БЕДА», как у капитана Врунгеля. Юнги разбивались на ходовые тройки: один(самый продвинутый) сидел возле меня на транцевой доске и подруливал, два по бортам швертового колодца работали с грото-шкотом на своём галсе. Естественно, что в опасный момент я переводил управление на себя. Педагогика и воспитание были изумительные. Я их называл юнгами, они меня – командор. За шалости – провинности они таскали камни и песок под фундамент гаража и отжимались. Отрабатывали маневр опрокидывание швертбота «человек за бортом».

  - «Командор, а что делать?»

 - «Прыгайте за борт, юнги».
  - «Как, раздеваться? А жилет снимать?»

  - «Раздевайтесь. А жилет оставьте. При переворачивании вы будете в одежде и в жилете».

  - «А долго в воде плавать? Холодно…»

  - «До команды, пока не посинеете. Для согрева… пойте! И не вздумайте мамкам жаловаться и болеть, Исключу из экипажа к чертям собачьим!»

 Для согрева дружно запели «Варяга», не сговариваясь.

И никто не жаловался, и никто не болел. Юнги держали своё слово

            В 1997 году ко Дню ВМФ Родина, подтверждая статус морской державы, расщедрилась на яхтенные гонки. Вот это демократия, вот это здорово! Второй «финн» достался приморской парусной секции ДЮСШ-2.

            В Приморский к Гражданскому пирсу пришли в полный штиль на буксире крейсерской яхты «Тарпон» из Петропавловска под дизелем. Во 2-й половине дня начал задувать ветер и началась регата. Первыми начинали крейсера - 6-7 яхт. Одна из них – «Сталкер» наша из ДЮСШ-2. Победил «Арктур» из Петропавловска, «Сталкер» - второй. Следующая гонка наша. Всего два «Финна» - второе место обеспечено. Моим соперником был юноша – допризывник.

  - «Ну, что, дядя, погоняем?»

  - «А ты правила гонки знаешь?»

  - «А то…»

  - «Ну, тогда стартуй первым, я за тобой».

  Был он стройным и статным, владел яхтой хорошо и кипел энергией – красавчик! Но у его «Финна» был фанерный шверт. Штатный из дюраля (16кг) стащили «цветники». Старт от гражданского пирса, обойти буй (2 раза) и финиш. Трое юнг превратились в моих болельщиков. Были ещё мои друзья – сослуживцы с жёнами.

  Гонг, старт: красавчик первый, я – второй. Разрыв  корпуса в два не меняется. На первом круге слышу ропот болельщиков: «Молодость своё берёт! Старый конь глубоко не пашет…». На втором круге при развороте левее буя заметил надвигающуюся рябь. Это-шквальчик! Шверт вниз до предела и туда. Меня подхватило, накренило и понесло. Шквал вывел меня вперёд корпусов на 5 и до финиша я их не проиграл. Болельщики на пирсе: «А старый конь-то разыгрался…». И громче всех жена: «Мастерство либо есть , либо нет! Его не пропьёшь!». Согласен. Так «…беда» оправдала своё легендарное название, а я навсегда стал чемпионом Вилючинска среди «Финнов». На обратном пути западный ветер разгулялся и мы на «бакштаге» и на «фордевинде» неслись, как торпедный катер. «Только бы мачта выдержала!», молил я Бога. И она выдержала. Потом была видеосъёмка Рыбачинского кабельного телевидения «Либена» «Командор и юнги». Когда съёмка закончилась, и мы возвращались на базу в гараж при умеренном ветре, мачта «вдруг» сломалась посередине, дошли аварийно на вёслах, все невредимы.

  Сломанную мачту отдал «финну» с молодости, композитору и музыканту Ястребову. Он дислоцировался у озера Микижа и зарабатывал на хлеб насущный концертами, как бард, и банкетами для интуристов, как туристический фермер – кормил их экстремальной но вкусной едой(салат из осота). Мачту он срастил с помощью эпоксидки и стеклоткани и пожелал за труд украсить оз. Микижа яхтой «Финн». К тому времени гараж в бухте Ягодная взял в своё пользование муж директрисы, «Гардемарин» распался, меня сократили «по оргштатным мероприятиям». Надо что-то делать. Лучший « Финн» «..БЕДА» сдал в аренду(общее пользование) ДЮСШ-2, а их «Финн» отвёз к композитору. В парусной секции «…БЕДУ» закрасили и вместо неё набили «ДЮСШ-2 Инв.№…». Я перенёс это легендарное название на композиторскую яхту. Там она успешно победствовала 2 сезона, а на 3-й зимовке её корпус слегка был деформирован снегом и льдом. Я не помог, а композитор не смог её вытащить и схоронить на зимовку. Я взял её к себе на работу (Вилючинский радиоактивный могильник). Там к Дню флота её отремонтировал, модернизировал (сделал приспособу под навесной лодочный мотор «Ветерок») и переименовал в «Победу»(старый «бедовский»трафарет был утерян). Вот тут и пошли настоящие беды, одна за другой. Завершились они полным кораблекрушением: два «финна» были самовольно угнаны повзрослевшими воспитанниками парусной секции на Турпанку (юго-запад Авачинской губы), там при подходе их опрокинуло «внезапно» налетевшим шквалом и сильно  повредило прибоем. У «Победы» выломило палубу где крепится мачта – ВСЁ. Парусную секцию директор с испуга закрыл НАВСЕГДА. Я с трудом забрал у ДЮСШ-2 свой номерной «Финн» с уцелевшей мачтой и по оставшемуся трафарету нарёк его «Победой». Но победы не было, а беды продолжались. У меня было 2 брочинга (потеря управления) с опрокидыванием. Первый посреди бухты Ягодная в сильный западный ветер на День учителя. Мачта сломалась ниже палубы, я пробыл около часа в ледяной воде. За зиму срастил мачту, а летом на втором выходе опять опрокидывание в 100м от берега, опять около часа в воде б. Ягодная. «Как вы яхту назовёте, так она и поплывёт!»

Была «..БЕДОЙ» беды не было, стала «ПОБЕДОЙ» беда за бедой- чертовщина какая то! Нашёл причину переворачивания, устранил и …переименовал в «ПЕРУН» - русский бог, покровитель воинов. ВСЁ. Беды кончились. Мне уже 65, а «Перун» работает исправно.

«Сталкер»

В конце 2000 –го года в 46 лет отроду я стал гражданским человеком и военным пенсионером, как и мечтал. Но если советский капитан 1 ранга запаса мог безбедно прожить на военную пенсию, то в демократической РФ надо обязательно искать подработку. Проще всего пойти в школу учителем – трудовиком (историком, географом…), но жёсткий график, женский коллектив и малый заработок настораживали. А как же «Перст судьбы»? Он сработал! Меня попросили пойти тренером – преподавателем в парусную секцию ДЮСШ-2 и корреспондентом военной газеты «Тихоокеанская вахта» на полставки. В парусной секции была авария с гибелью ученика, и она была на грани закрытия. По мнению парусников только мой вес и авторитет мог её спасти. Свою трудовую деятельность я начал з зачётов по плаванию и строительства моторного катера- обеспечителя типа «Афалина». «Финн» для обеспечения безопасности уже не годился, так как он сам перевернулся с юным тренером на выходе в штормовую погоду, и один ученик утонул. Их прибило к острову Хлебалкин. Если бы пронесло мимо – погибли бы все. Умел ли ученик (и тренер) плавать- прокурорский вопрос.                                                                                                                                                                          Постройка катера отняла у меня полгода. Было не легко. Директор был жмот и голубой воришка. Эпокситку, стеклоткань, инструмент пришлось доставать, директор нам дал только полугнилую трёхслойную фанеру, шурупы и дефектный мотор «Вихорь-2М». Тем не мене катер был готов к Дню ВМФ. Я на нём с 4-мя учениками благополучно пришёл к ДОФ Рыбачего, прокатил нескольких своих друзей-знакомых «с выходом на редан» и вернулся обратно в б. Неводчикова к ДЮСШ-2 (Здесь похоронен английский адмирал Прайс; все почему то считают с подачи запоздалых американских газет, что в 1854году после 1-й неудачной попытке штурма Петропавловска в Крымскою войну он застрелился. А может его сразила наша батарея с мыса Сигнальный? Во всяком случае так утверждает капитан 1 ранга Арбузов - участник обороны, начальник морского порта П-Камчатский, 1-й заместитель военного губернатора В.С. Завойко, но личные взаимоотношения у них были ой как не просты...).

 Моя педагогическая система работала следующим образом.

 Младшая группа (9- 11 лет) отрабатывалась на «Оптимистах»- одиночках.

 Средняя(11-12лет) – на «Кадетах»-двойках.

 Старшая (12-14) – на «Финнах»- двойка (один на руле, второй на шкотах).

 После отработке на «Финне» отборные, отфильтрованные и заболевшие «морской болезнью» ребята уходили от меня на крейсерскую яхту «Сталкер».

 Сталкер – проводник, разведчик («поди туда, не знаю куда…»)- 6 тонный шлюп. Длина – 11,35м; ширина – 3,6м; осадка с килем – 1,8м; высота борта – 1м, площадь парусов-56м кв. Построен Ленинградской экспериментальной верфью в 1986 году. То есть отечественная, родная: корпус деревянный из сосновой доски в стык, мачта и гик – дюралевые, киль – чугунный. Всё это требовало огромного объёма работ по уходу: очистить, загрунтовать, зашпаклевать, законопатить, покрасить. Спуск на воду и подъём – тоже войсковая операция. Может в этом смысл советского яхтинга? Советские яхтсмены кругосветки так и не сделали (железный занавес). Мы тоже пахали на нём, как «папы Карлы» – куда деваться.

 Проработал я тренером всего 9 месяцев. Несмотря на педагогический стаж (24 года офицерской службы) заработка на полноценную жизнь не хватало. Опять помог случай или «Перст судьбы». Мне предложили пойти работать на радиоактивный могильник на новую руководящую, инженерную должность за приличную зарплату. Согласился. А в ДЮСШ остался на полставки и весь заработок отдавал капитану «Сталкера» для его поддержания на ходу.

 У «Сталкера» были штатные капитан и старпом. Они приняли его на железнодорожном вокзале Владивостока, собрали, обкатали, перешли в Петропавловск, потом в ДЮСШ-2 Вилючинска. Знали её от и до и натаскивали учеников старшей группы. Меня приглашали на выхода и авралы. Устройство я знал в общих понятиях, был неплохим рулевым и посредственным шкотовым: у меня не было опыта работы с лебёдками, бакштагами, спинакером. Юнги меня всегда подстраховывали и опережали, поэтому я чувствовал себя на нём почётным пассажиром. Тем не менее мы сходили в бухту Вилючинская (двое суток, где на обратном пути нас накрыл тайфун «Торн»), в бухту Бечевинская и бухту Русская (по трое суток). На «Сталкере» я почувствовал, что такое шторм, получил опыт несения ночной вахты и рулёжки по картушке компаса. А ещё 1«Сталкер» ходил в Японию, на Аляску и Командорские острова (без меня). Моя скромная мечта- выйти на яхте в Тихий океан, сбылась. В 2007 году обнаружилось, что корпус «Сталкера» был сшит не медными, а стальными гвоздями. Они соржавели, доски разошлись, корпус потёк. Мы стали в затяжной капитальный ремонт. Потом был самовольный выход «Финнов» и катера- парусную секцию ДЮСШ-2 закрыли. Всё?! Нет. Впереди «Триумф»


О нас | Карта сайта | © 2005 - 2012 GodCom