Rambler's Top100

Штурманская книжка.RU

Перейти на домашнюю страницу Написать письмо автору Перейти на Narod.ru
Новости | Архив новостей
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>> | <<Раздел 3>> | <<Раздел 4>>
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>> | <<Раздел 3>>
<<Раздел 1>> | <<Раздел 2>>
Штурманская служба Тихоокеанского флота

Библиотека штурмана

ЧАСТЬ 1. В НЕДРАХ СТАРОГО ФЛОТА

 

САМОВОЛЬНАЯ ОТЛУЧКА

Хоть и сказал Пальчиков, что из такой чумычки толк выйдет, но видно он ошибся.

•  Ну скажи, пожалуйста, какой из тебя может выйти толк? Пятый месяц в экипаже, а ни разу на берег не вышел! Крупой тебе родиться, а не матросом! Гальюнщик ты, а не юнга! – нравоучительно, из вечера в вечер, твердил матрос Могила юнге Вершинину.

•  Ты что думаешь, мне твоя чарка нужна? Плевать я хотел на твою чарку, плоскодонка ты турецкая! Ты пойми – человек тебе добра желает … Ну что за матрос, который в самовольную отлучку пойти боится? Ракушка – и та за это время на берегу побывала бы, а ты сидишь, как блокшкив на приколе! Говорю – пойдем! За остальное я ручаюсь.

•  Рискнем, Борис! Ну отсидим по десять суток – подумаешь страх какой! – вмешался в разговор Петька Васильев, друг Борьки.

•  Вот правильно! Сразу видно, что парень боцманом будет! – подхватил Могила.

Вопрос был решен. Сегодня вечером юнги Борька и Петька под командой матроса Могилы идут в самовольную отлучку «на берег».

Увеселительный дом Марии Ивановны, на Первой Продольной, являлся излюбленным местом для развлечений матросов типа Могилы. Это ресторан и в тоже время публичный дом. Здесь каждого матроса встречали радушно, а если у моряка были деньги, то и принимали с почетом. Многие матросы пользуются кредитом, но только в буфете. К девушкам, уж было так заведено, без денег никто не ходил.

Могила придя с новобранцами, которым он раздобыл ленточки «Иоан-Златоуст», в дом Марии Ивановны – сейчас же занял столик и заказал две бутылки водки и плов из мидий. Того и другого он взял, по его выражению, «от пуза», - что означало вдоволь.

На первых порах новобранцы чувствовали себя очень сконфуженно, но внимательное отношение хозяйки и прислуги несколько подняли их уверенность. Если еще что их и беспокоило, то это вопрос – хватит ли денег расплатиться? Наконец и и этот вопрос отошел на задний план, коль скоро они выпили по одному-другому стаканчику водки. Что касается Могилы, то он чувствовал себя здесь как дома. К столику подходили девушки, он шутил с ними, угощал их водкой, но в тоже время умело не допускал сближения девушек с юнгами. Несколько погодя к компании подошла хорошенькая шатенка – Женя-гимназистка, ее только недавно перевели из «офицерского» в дом Марии Ивановны. Она еще носит форму гимназистки, но в этом доме это значения не имеет. Присаживаясь к столику наших друзей, Женя нехотя пригубила стакан с водкой и поспешно закусила ракушкой из плова, после чего со скучающим видом обратилась к Могиле с вопросом:

•  Ты сегодня в каком?

•  В дальнем, - деловито ответил Могила.

Женя мельком оглядела юнг и сказала:

•  Жаль! – после чего лениво поднялась и ушла.

На языке Могилы «в дальнем» означало, что он сегодня будет только пить. В «учебном» – значило гулять в фойе, а в «практическом» – идти к девушкам. С новобранцами Могила всегда был в «дальнем».

Между тем ребята, хоть выпили немного, быстро хмелели. Что касается Могилы, то он пил не торопясь, все время поучая новобранцев как надлежит вести себя настоящему матросу. Могила был замечательный рассказчик. Рассказывал он обычно про свои похождения, порой немного прикрашивал, но в трезвом виде почти не врал. Что касается его рассказов в пьяном виде, то это был сплошной вздор, но слушали его охотно и в вину вранья не ставили. Вот и сейчас новобранцы слушали Могилу, разинув рты:

•  Когда я в последний раз ходил в кругосветку, страсть как не везло, - жаловался Могила.

•  От Севастополя до Калькутты только один раз на берегу был …

Но зато как погулял! Как сейчас помню – было у меня сто рублей, да у Васьки-кока четвертная … ну и кутнули! До сих пор, ребята говорят, про меня в Калькутте вспоминают. Сошли мы с Васькой в порт. Мне-то не в первой, а Васька на людей, да на слонов глаза пялит. Ну ничего! Дошли мы кое-как до знакомого мне заведения и стали на «мертвый» Вы не подумайте, комса свежая, что дом какой-нибудь такой … Нет! Дом хороший, ну как у нас лучший трактир, только там «отелем» называется.

М-да! Входим мы … Прислуга – что твои генералы разодета. И серебро на них, и золото! … А костюмы?! Один в красном сукне, другой в желтом! Ну просто как райские птицы все разодеты. Васька одному во фронт хотел стать, да я его во время одернул. Ну ничего! Пошли мы в большой зал. Посредине зала большой бассейн и рыбы в нем разные, как в океане плавают. Тут подходит к нам Главный, кланяется и видать спрашивает: «Чего, мол, нашей душе угодно?». По ихнему я тогда не понимал, но чтобы перед Васькой лицом в грязь не ударить, я коверкаю язык и Главному приказываю: «Что, мол,, излови ты эту пару золотых рыбок, да свари из них нам уху». Как он меня понял? Побей Бог и сейчас не пойму! Но видать по всему – понял! Тут же какого-то «павлина» рыбу заставил ловить и на камбуз отправил. Васька только рот, как амбразуру, раскрыл. А я - ничего! Дальше командую.

Поднялись мы по лестнице, в другой зал вошли. Главный – за нами. Я столик под каким-то райским деревом занял и требую:

•  Нам, мол, водочки пару бутылок, огурчиков соленых, ну и прочее – по-русски.

Главный головой покивал и пошел. Водки, правда, не прислал, заменил подлец какой-то виской, а вместо огурчиков бананы подал … А остальное, прочее, - все на свой вкус сообразил. Ну ничего! Стаканчика по два когда пропустили, и это понравилось. А в скорости и уху из золотых рыбок принесли. Тут-то я уж не стерпел!

•  Что, говорю, черномазые, рыбку золотую зачем подменили?

Они туда-сюда …

- Та, мол, рыбка …

Но мы с Васькой уперлись. Не та, мол, рыбка и все! Главный видать не дурак, меня и Ваську за руки ухватил и к бассейну поволок. Новые две рыбки тут же, дьявол, изловил и вместе с нами на камбуз потащил. Приволок это он нас, подлец, на камбуз, рыбок, даже не чистя, в котелок бросил, новую уху при нас сварил и с чешуей на стол подал. Ну что ты с ним, нехристем, делать будешь? Мы с Васькой с виду довольные остались и за стол важно уселись. Уху попробовали … Да! … Уха – дрянь, да ничего не поделаешь, чтобы черномазые не смеялись, мы и виду не подали, что ошибка произошла. По паре стаканчиков пропустили и уху прикончили.

Тут к нам разные мисс, по нашему – барышни, подходить стали. По-русски не говорят, но все понимают – до того умные! Я одну за талию по-флотски взял – ничего! Только зубки показала. Что, думаю, с тобой делать? К стойке подвожу, подарок хочу девке купить. Ну что ей купить? Духи, думаю, куплю, обрадую девку. Спрашиваю пузырек поменьше … Мне показывают – стоит, мол десять рупий. Мал больно за десять рублей мне показался. Выбрал я пузырек побольше, с бутылку будет. Ну думаю, вот обрадую девку, духов ей до старости хватит. Пусть, мол, чувствует русского матроса. Даю это ей полбутылки, а сам цену спрашиваю. Показывают – «один рупий». Что, думаю, за ерунда? Большой – рубль, а маленький – десять! Ошибка, мол, произошла. Даю за большой десять, а маленький девка отдавать не хочет. Тут Васька на выручку подоспел, за маленький десятку заплатил. Девка забрала оба пузырька, да и ушла. Делать нечего!

Мы с Васькой еще по паре стаканчиков пропустили. Главный видит, что мы уже на взводе, счетчик нам на сто рупий подает и низко кланяется. Мы с Васькой видим такое дело, сто рублей на стол выложили. Главный нам, почитай, до земли кланяться стал и на дорогу пару бутылок виски бесплатно дал. Взяли мы эту виску, да потабанили с Васькой на судно. По дороге еще бутылку распили, вторую я уж не дал. Здорово пьяны были. Я еще – ничего! А на Ваську глянул, тот совсем до чертиков напился, на моих глазах у него рога расти стали. Вижу дело с Васькой дрянь, пить больше нельзя. Сейчас рога растут, а что с ним станет, если еще бутылку выпьем?

Да! Погуляли! … Правда дорого обошлось, но зато с почетом!

Во время рассказа Могила неоднократно прикладывался к стаканчику и стал заметно хмелеть. Новобранцы, затаив дыхание, слушали его повествования, не замечая, что Могила понемногу стал завирать.

• Да, братцы! На судно мы с Васькой пришли вовремя. Ветерок поднялся и судно уходить собиралось. А тут мне, как назло, вахтенным на марс идти надо. Васька спать на рундуке завалился, а я надел зюйд-вестку и на марс отправился.

Вышли мы из Калькутты. Ветерок все свежей и свежей. Тучки набежали. Темно стало, как в угольной яме. Стою на марсе и палубы не видать. Наконец дождь пошел. В жизни свою такого дождя не видывал. В два счета все судно до самого клотика залил. Я на марсе, как со дна, пузыри пускаю. Потоп да и только! Одно спасение, как судно градусов на сорок пять положит, вода-то с марса выльется и вроде как на мели несколько минут стою. Порой молния все кругом осветит. Судно где-то в полу кабельтове от марса на борту лежит, того и гляди вверх килем станет. Да! И так весь первый день шел дождь сорок дней и ночей … Потом … второй день шел дождь сорок дней … и ночей. А потом … третий день … дождь … шел … сорок дней …

Сколько ночей шел дождь в третий день, так Могила и не досказал. Новобранцы пытались заставить Могилу продолжать рассказ, но добиться ничего не смогли. Когда Могиле подносили стакан водки, он его в полузабытье выпивал из чужих рук и вновь становился почти трупом.

 

  СОДЕРЖАНИЕ  
Предыдущая страница
....
Следующая страница
О нас | Карта сайта | © 2005 - 2010 GodCom